Верховный суд Италии оправдал украинского бездомного Романа Острякова, укравшего из супермаркета сыр и колбасу на сумму 4,07 евро. Суд третьей инстанции обосновал свое решение тем, что кража небольшого количества продуктов питания, необходимых человеку для жизни, не является преступлением.

Интересно, учитывая социальную ситуацию и законодательство нашей страны, какое решение было бы принято в случае со схожими фактическими обстоятельствами. Обсуждать такой случай можно в двух направлениях: в сторону крайней необходимости обстоятельства, исключающего противоречие закона, или в сторону малой значимости действия, исключающей состав действия.

В случае крайней необходимости, правда, имеет место взаимное примирение двух юридических благ, при котором жизнь более ценного блага сохраняется за счет посягательства на частную собственность менее важного юридического блага, но в таком случае избежать опасности другими средствами невозможно. В случае с бездомными последнее не так. При этом, прежде чем прийти к исключению правового противоречия, необходимо установить наличие состава иска.

Что касается малой значимости деяния, то, согласно части 2 статьи 7 Уголовного кодекса Грузии, преступлением не является такое деяние, которое хотя формально и содержит признаки любого из действий, предусмотренных настоящим Кодексом, но в силу своей незначительной значимости не причинило такого вреда, который обусловил бы необходимость привлечения к уголовной ответственности за его совершение, либо не создало угрозы причинения такого вреда. Из-за небольшой значимости действий на практике дела редко доходят до суда. В уголовном праве Грузии малость деяния является проблемой не процессуально-правовой, а материально-правовой. Уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает возможности отказа или прекращения возбуждения уголовного дела в связи с малой значимостью деяния, хотя на практике это часто происходит на основании статьи 105 части 1 подпункта «А».

Верховный суд Сакартело в решении по делу 2К-556АП от 3 марта 2017 года пояснил, что понятие ущерба, предусмотренное данной нормой, не означает только материальный ущерб и может выражаться как в материальной, так и в нематериальной форме, и для определения малости действия недостаточно апеллировать только к размеру материального ущерба. Для определения указанного необходимо оценить фактические обстоятельства дела коллегиально - с учетом характера и тяжести совершенного деяния, степени общественной опасности, личности преступника и его прошлой жизни.
А согласно решению Тбилисской апелляционной палаты по уголовным делам от 23 марта 2016 года № 1/Б-165-16, криминализация деяния связана с характером деяния, а отсюда и с ограничением его криминализации по размеру ущерба, и в целом по степени опасности девиантного действия, пренебрежение которым привело бы к поверхностной оценке вопроса, и реальная воля законодателя подавлялась путем введения непропорциональный подход. Естественно, не исключено, что ущерб, причиненный непосредственно в результате преступления, не превысит 1 бел., хотя его не следует считать малым ущербом. С этой точки зрения следует обратить внимание на характер действия и выраженную в нем противоправную волю, а не только на математическое представление ущерба.
Изучая эти два решения, приведенные выше, становится ясно, что, казалось бы, простой случай исключения действий может стать предметом сложных рассуждений.

Источник: см. здесь.

Мнения, выраженные в статье, принадлежат автору и могут не отражать официальную позицию LAWHUB.